одежда, чай с какой-то травяной добавкой, которую Юки всё никак не мог разобрать. Хотару-сан хозяйничала у плиты, но Сайто сам перевёл тему на «спецэффекты», и появилась отличная возможность помочь. Хотару-сан с улыбкой поймала одну из светящихся травинок, позволила бабочке сесть на палец и впитаться в руку.
— Удивительная у тебя сила, Юки-чан. Солнечная, летняя. Как будто ничего особенного, но усталость сняло как рукой! Спасибо. Ещё чай?
— У меня пока есть, — Юки кивнул на чашку. Восстановленное полностью ХП почему-то не исчезало, но и не убывало обратно. Ведь в прошлый раз было то же самое, верно? И успокаивал себя Юки ровно так же. Раз ХП не убывает, всё в порядке, волноваться не о чем.
О том, почему оно вообще есть, Юки пытался спрашивать систему, но она упорно отмахивалась: информация недоступна. Отмахнулась и сейчас.
— Хорошо! Я скоро спать. Если вы задержитесь, кухня в твоём распоряжении! Главное, не пускай Рю-сана к посуде. Я совсем недавно купила такой замечательный сервиз, — Хотару-сан прокрутила в руках только что отмытое блюдце и, буквально светясь от счастья, поставила его рядом с Юки. — Видишь? Видишь, видишь? Нежный зелёный узор, золотые акценты и цветы. Ах! Как увидела, сразу влюбилась! Уж ты-то должен оценить, Юки-чан! Твоей маме, думаю, тоже понравилось бы… о… Кстати. Я не задумалась сначала, но ты почему не дома? Твои родители переживали не меньше меня, это уж точно.
— Отцу… не угодил мой внешний вид, — как можно равнодушнее пожал плечами Юки. Он уже успокоился, принял произошедшее, потому голос звучал уверенно. Хотя на душе по-прежнему скребли кошки. — Превращаться в «нормального человека» я отказался. Потом случайно встретил Сайто у магазина и вот…
— Да уж, — Хотару-сан отложила губку и села напротив. — Сато-сан тяжёлый человек, сам не знает, чего он хочет. Фи! Наверняка испереживался весь и не справился с эмоциями. Взрослые мужчины с этой своей гордостью и обязательствами иногда хуже маленьких детей… Слышишь, Рю-сан? И ты, Юки-чан. Чем старше вы становитесь, тем честней надо быть самим с собой. Мир учит нас лгать и притворяться. Вечная этика, вечная вежливость… А сердце рвёт на части, пока разум пытается делать вид, что всё в порядке. Может и не выдержать! — она перегнулась через стол и отвесила Юки лёгкий щелбан.
— Уж с собой я честен.
— О, неужели? Ты же, Юки-чан, не любишь этого. Не любишь внимания и камер. Но тебя запихнули в телевизор. А такую характерную внешность узнает теперь даже последний дикарь. И ты отказался вернуть как было… Краска, линзы. Салон раз в месяц, может быть — раз в пару недель. У тебя теперь есть деньги и есть возможности. Это не трудно.
Закончив свою речь, Хотару-сан чуть наклонила голову набок. Вгляделась в лицо Юки ожидающе, хитро улыбаясь. Явно ждала ответа, явно вела к чему-то. Но Юки только пожал плечами и ответил так же, как ответил отцу и так же, как ответил себе. Там, в Токио. Перед зеркалом.
— Но я это я, верно? Да, я не люблю внимания и камер. Но прятаться по салонам, делать вид, что я нормальный, притворяться и пытаться жить «обычной» жизнью. Разве это не та ложь, о которой вы говорили?
— Ты молодец! — Хотару-сан тепло улыбнулась. — И ты очень сильный, Юки-сан. Признать свой страх и вот так смотреть ему в глаза много стоит. Знаешь… я… мне становится гораздо легче, когда я напоминаю себе, что у моего малыша Рю такой прекрасный и рассудительный друг.
— Хах? Это я-то малыш?
— …вы правда прекрасные братья. По-своему близнецы. По-своему закрываете слабости друг друга. Поддерживаете и тормозите где надо. Вы уж не ссорьтесь, ладно? Что бы ни случилось, не ссорьтесь. И тогда я смогу не волноваться!
Ещё одна улыбка. Ярче и теплее любой другой. Просто искренняя улыбка любящей матери. Почему-то Юки её испугался. Сайто тоже, даже отставил в сторону чашку, не стал язвить в ответ. Вдруг спросил:
— Мама… всё в порядке?
— Конечно! Что за вопрос? Я вас тут хвалю, а у вас лица вытянулись так, будто я тут рассказываю страшные байки.
— Ну… Просто… несколько неожиданно, Хотару-сан. И как-то грустно.
— Ну уж как есть! Я, между прочим, почти три недели ждала в одиночестве, когда моя семья вернётся из самого опасного разлома Токио. Могу побыть и сентиментальной! А ведь у меня ещё и посуда.
— Давайте, я помою?
— Ни в коем случае! Это мой новый любимый сервиз и я обеспечу ему идеальную чистоту. Разве можно кому-то доверить такую работу?
— Короче, я афк, — поднялся Сайто, тряхнул головой, будто прогоняя мгновения страха. — Спать хочу охренеть как. Спасибо, квест Ассоциации только один и тот вечером. И чё они привязались к катане?
— К катане? А что хотят?
— Ещё раз проверить, мол, по итогам наблюдений ведёт себя не как обычный меч. Где-то там в договоре вродь как сказано, что я обязан явиться, когда так зовут.
Сайто взял телефон, пролистал уведомление и развернул экраном к Юки. Стандартное на первый взгляд уведомление от приложения проходчиков отличалось жирным текстом и предупреждающим эмодзи. Юки вчитался и хотел было попросить договор, но сбоку вдруг мелькнуло резкое движение.
ХП.
Полоска ХП Хотару-сан уменьшалась рывками на каждое движение губки с пеной. Рывок. Ещё рывок под шум воды, и уже половины нет. Юки буквально всучил телефон назад Сайто и щёлкнул пальцами, уже не таясь. Мотылёк-вспышка впитался в спину Хотару-сан, восстановив полоску. Но ХП снова моргнуло.
— Эй, Ю…
— Хотару-сан! Вам лучше лечь, я сам помою посуду. Или оставьте на завтра.
— Что? — Хотару-сан закончила с очередной тарелкой и удивлённо обернулась. — Я же говорю, со мной всё в порядке. Просто немного устала и…
Ещё раз. Мгновение — и нет почти трети. Юки отправил в полёт очередную бабочку и поспешил обогнуть стол:
— Звони в скорую, Рю!
— Чё? И чё я должен им сказать?
— Потеряла сознание, ты не знаешь причины. Приедут быстро.
— Юки-чан! — Хотару-сан всплеснула руками и отбросила в сторону полотенце. — Спасибо за беспокойство, но это уже перебор и…
Её сильно шатнуло, Юки едва успел подхватить, влить уже напрямую очередную порцию энергии. Обернулся к Сайто, едва справляясь с собственной паникой:
— Рю!
Но Сайто и так уже диктовал адрес в телефонную трубку.
